СТАСЯ ДЁМИНА

Таня идёт мимо конфискованных бутылок на входе в "Гараж". Даже в этом было что-то от инсталляции. Фото: Дмитрий Манохин

Ночь Музеев в минувшие выходные выдалась жаркой и в прямом, и в переносном смысле. Как втайне и предполагалось, из 6 «точек» мы посетили 4, причем, одна была по ходу пьесы легко заменена. Мы не попали в Музей Востока и Музей Гулага, а Винзавод заменили Манежем. В результате – не пожалели ни о чем!

Начали мы Юлей Чаровой и Таней Гладиной осмотр, как и собирались, с ТРЕТЬЯКОВСКОЙ ГАЛЕРЕИ на Крымском валу – с проекта «Санаторий искусств», где были выставлены инсталляции и арт-объекты, призванные оказать терапевтическое воздействие на измученных отнюдь не нарзаном, а современной массовой культурой зрителя. На этажах было смертельно душно, но среди экспонатов попадались симпатичные, например, чудесный настенный проект с глазками – на множестве старых медицинских карт было нарисовано по паре глаз с разными подписями, типа, «это очень хитрые глаза», «это глаза, которые уже ни на что не посмотрят» и т.д. Точного авторского смысла я не знаю, но мне он понравился своей временной связкой – как будто все эти разные глаза глядят оттуда, из 1926 года, и мягким юмором. Еще понравились сатирические картины Виктора Пузо сотоварищи и 3 головы на лестнице. У одной был слоган «Голова забита», а в затылке гвозди, остальные в таком же стиле.

Собор Василия Блаженного. Фото: Дмитрий Манохин

Из Третьяковки мы с присоединившимся Димой Манохиным поехали на Красную площадь, где послушали концерт звонарей в ПОКРОВСКОМ СОБОРЕ (он же – Василия Блаженного). Само исполнение не показалось мне из ряда вон выходящим, но колокольный звон, тем не менее,  так раскачивал пространство, сирень у храма так упоительно пахла, яркие купола так фактурно вписывались в темно-синее небо, что госпожа Гармония явно все же заглянула к нам на минутку и мы поймали свои минуты безмятежного счастья.

У Василия Блаженного мы встретили наших друзей – фотографа Виктора Окнянского и Наташу Васильеву и… с легкой Витиной руки променяли Винзавод на МАНЕЖ, отправившись смотреть фотографии Линдберга и Роверси в рамках «Фотобиеннале-2010″.

Guinevere sitting with Goupai, Paris 1996. Piter Lindberg

Часть выставки – прекрасные чувственные портреты Паоло Роверси «Студия», снятые в его маленькой студии, где даже одеяло «может стать стеной, дорогой, полем, небом, ночью, страхом, ветром, экраном для мечтаний». О процессе съемки в интервью «Коммерсантъ-Деньги» он однажды рассказал так: «Это настоящее шоу. Как правило, каждый кадр снимается на очень длинной выдержке, иногда объектив остается открытым целую минуту. Модель сохраняет все это время статичную позу. Когда открывается объектив, срабатывает вспышка. Потом студия погружается в темноту, и я начинаю вручную рисовать свет в кадре. Это целый обряд. Танцую вокруг модели, рисуя цветовые и световые пятна с помощью специальных цветных фонарей, похожих на реквизит к спектаклю по детской сказке. Фототанец длится, пока открыт объектив, от 15 до 40 секунд».

Джеральдина Чаплин. Piter Lindberg

Другая часть  – глубинное проникновение в суть человека или роли одним только кадром – проект Питера Линдберга «Вторжение». «Кино», где он запечатлел знаменитых актеров.  Считается, что его работы принесли в фэшн-съемку искренность – и это, действительно, так. Искренна даже ножка Катрин Денёв,  даже шаль Настасьи Кински, что уж говорить о взгляде Эдриена Броуди, Изабеллы Росселини или Жана Рено. Линдберг в начале своей карьеры много снимал на территории фабрик и заводов, в индустриальных пейзажах. Это связано с его детством и увлечением конструктивизмом в молодые годы. В 1992 году огорченная поначалу негламурной обстановкой для съемки Линда Евангелиста сказала Питеру Линдбергу после фотосессии: «No more factories; you take me to châteaus». Ну что тут добавить.

"Тишина", Пётр Белый

Взволнованные и вдохновленные мы отправились в «ГАРАЖ», где нас уже ждали в огромной очереди Оля Суховей и ее друзья Влад и Алёна, за что им большущее спасибо и низкий поклон. Приехав так вовремя, что в очереди нам осталось стоять буквально 5 минут (в то время, как ребята уже отстояли час), мы вошли во двор бывшего Бахметьевского автобусного парка со сложной историей. Вошли и в сам Центр современной культуры. Оказалось, что внутри еще одна очередь – куда? Конечно, на Ротко. Всем приспичило идти на экспозицию «В неведомый мир» Марка Ротко именно в Ночь Музеев. И ведь нам тоже. И как же хорошо, что мы туда не попали, потому что саркастичный охранник велел «больше не занимать». Мы, конечно, поклянчили немного, а потом пошли на выставку «ФУТУРОЛОГИЯ \ РУССКИЕ УТОПИИ»… Это выставка, в отличие от Ротко будет идти до 23 мая, поэтому совершенно необходимо поспешить. Есть отчетливо рекомендуемые нами вещи, но вероятно, что вам придется по вкусу и что-то другое.

Айдан Салахова, "Предназначение", фрагмент

1)      Инсталляция Петра Белого «Тишина». Гениальная. Очень простая. Не буду подсказывать, думаю, вы сами почувствуете, после чего (или между чем) эта тишина.

2)      В пространстве работ Айдан Салаховой «Предназначение» разворачивается космогонический миф о мусульманской женщине, проходящей через все жизненные этапы – рождение, замужество, беременность, старость, смерть. 4 краски – золотой фон и большие черно-бело-красные фигуры. Картины, расположенные буквой «П», гипнотизируют и затягивают в себя, как в воронку. В них и смирение, и отрешение, и скорбь. А на последнем полотне, будто склонившись перед великим Неизвестным, уходит женщина туда, откуда родила своего ребенка. Но ирония еще и в том, что это самое Неизвестное, эта Чёрная Дыра, этот на самом деле камень, заключенный в серебряный ковчег, поразительно напоминает очертания туалетного очка. Welcome…

3)     Цикл работ Дианы Мачулиной «Красота и сила» показывает как близко находится упоение от обладания к страданию от достигнутости. На картинах изображены женщины на конкурсах красоты и мужчины-спортсмены. Унифицированные в наше время стандарты счастья заставляют людей калечить себя морально, нравственно и физически ради призрачного обладания всеобщей любовью. На лицах ужасные гримасы – улыбка оказывается оскалом, в котором судорожно сжатые челюсти красноречиво говорят об опустошении от достигнутой заветной мечты…

"Камера", Александр Бродский

4)     Проект Александра Бродского «Камера», описывающий умирающий мир на примере одной только тускло освещенной комнаты, оклеенной газетами, в которой ничто не касается земли – ни кровать, ни унитаз, ни кухонный столик, из-за множества лестниц внутри создается иллюзия, что ты снаружи, а если смотреть на черный пол, то в отражении видишь питерский двор-«колодец». Всё вкупе вызывает угнетающее чувство запущенности – этого пространства, этой страны, планеты Земля, но в то же время даёт сильнейший внутренний импульс включить везде, наконец, свет…

5)     Видео-арт Татьяны Киселевой «Двойная жизнь» о том, что человеку необходимо любимая отдушина в нашем механистичном мире, где отупляющая работа лишает человека сил  и желаний, но подчас и вынуждает искать спасение.

В главном вот так. Мы совершенно счастливы и горды за наш contemporary art. Всё у нас с ним хорошо, товарищи. Это с другим у нас плохо. Но в конце концов, искусство цветет пышнее именно в условиях тоталитаризма…

А на Ротко мы еще сходим, заодно и фильм о нём посмотрим. Спасибо всем, кто был с нами этой ночью! Присоединяйтесь в следующем году!